Воркутинская говра как итог либеральных реформ Ельцина-Путина

Воркутинская говра как итог либеральных реформ Ельцина-Путина

Вот такой предмет был найден моим товарищем, художником Антоном Николаевым в Воркуте на помойке в этом году. (Кто бы такое нашёл да ещё и сфотографировал, как не современный художник?)

Нашего современника, вероятно, такой предмет удивляет, как удивляет порою используемый нами термин «социальный регресс». Ведь утеряна коммунистическая «ось координат» социумом — и что для него прогрессивно? Видимо, прогрессивно то, что удобно на данный момент…

В качестве справочного материала — даём текст Светланы Ершовой.

***

До этого я видела её только на фотографии, и то в далёком детстве. Но даже сейчас, спустя многие годы, я сразу узнала этот странный предмет, мелькнувший в окне маршрутки, в которое я уткнулась в безмысленной полудрёме, и медленно теперь удалявшийся от меня.

Предмет был, похоже, фабричного производства – больно уж безличная резьба украшала его, а снизу в отличие от кустарных моделей приделана была ёмкость из пластика. Явление чужой и чуждой культуры величественно проплывало по улице Технической, водружённое на крышу 412-го «Москвича». Статья, где я видела ту давнишнюю фотографию, была напечатана в журнале «Здоровье» и называлась «Обвиняется говра».

Говра – это такой среднеазиатский аналог нашей русопятской зыбки, только в отличие от рассчитанной для стационарного применения зыбки (люльки, колыбельки и пр.) она несёт на себе неизгладимую печать кочевого образа жизни её создателей: к спинкам азиатской детской кроватки приделана перекладина, за которую говру подвешивают на верблюда или другое транспортное средство вместе с остальным имуществом.

Идёт караван по каким-нибудь там Кара-Кумам, на верблюде, навьюченном кочевым скарбом, восседает укутанная по самые брови молчаливая восточная женщина, а в висящей на боку верблюда говре едет в духоте и жаре её малыш.

Чтоб ребёнка не кусали насекомые, говра плотно завешивается тканью. Чтоб ребёнок не вертелся и не выпал из своей деревянной тюрьмы, его как-то там по-особому пеленают и чуть ли не ремнями привязывают. Чтоб жрать не просил и не орал попусту, дают соску с наркотиком. А чтоб не менять ему, заразе, каждые пять минут пелёнки (что действительно неудобно в условиях караванного движения), в дне говры проделана дырка, куда и ликвидируются все продукты жизнедеятельности младенческого организма. Понятно, что такое издевательство над собственными детьми отнюдь не было самоцелью у древних кочевников.

Говру, вынужденное и довольно остроумное приспособление, породила жестокая жизненная необходимость. Однако уже и кочевники прочно осели на родимой земле, и верблюд, вытесненный автомобилем, из употребления вышел как таковой, а говра по-прежнему процветает в Средней Азии.

Неслучайно же во времена моего детства журнал «Здоровье» об этом писал, проклятая Советская власть, заботясь о подрастающем поколении, и так и сяк разъясняла упрямым азиатам, что ребёнку в говре плохо, негигиенично это, и рахит у него, и всё что угодно может быть вплоть до психических расстройств от круглосуточного лежания в этой кошмарной люльке, — нет, по-прежнему пихали потомки гордых кочевников своих детей в говры.

И вот сегодня, в начале 21-го века, говра пожаловала в Россию. Внешне современный папа и вполне модная мама приехали из Средней Азии в Екатеринбург и привезли кроме сумок и чемоданов – говру. Это их традиции, их менталитет. В отличие от нас, выраставших в детских кроватках и манежиках, а поколениями раньше – в люльках и зыбках, они выросли в ГОВРЕ. Хорошее какое название, правда?..

 

От редакции: А мне тут вспоминается какой-то «документальный» фильм наших либерал-морализторов с телеканала «Культура», в котором использовалась кинохроника с похорон Ильича. Жуткий мороз и потрясающая стойкость пришедших проститься с Лениным к самому первому, частично «вырубленному» прямо в мёрзлой брусчатке и земле у Кремля мавзолее, — запечатлелись на бездушной чёрно-белой плёнке, передавались чуть убыстренно и этим усиливали впечатление какой-то неземной, отчаянной бодрости и непобедимости молодого советского народа.

Это, конечно же, бесило авторов фильма, и они, перебарывая эту бодрость визуального материала впечатывали закадровым текстом абсурдизацию: мол, что за бердовая аллегория «Могила Ленина — колыбель человечества» (на одном из транспарантов). Что за чёрный юмор кровавых большевиков, умучивших буржуазию и демократию (Временное првительство, Учредительное собрание), а затем и всю Расеюшку? Нескончаемая череда плотно укутанного люда со всего СССР тянулась к мавзолею (почему и потребовали забальзамировать тело — не успевали тогдашним транспортом все проститься) — какие-то бородатые, чуть ли не в лаптях, вчера полуграмотные мужички, бабы, даже дети — все перетаптываются на морозе, упрямо идут проститься с Ильичом, взглянуть на эти черты… Кто загипнотизировал их так, какая ЧК согнала со всей страны?!!

Я отвечу вам, господа. Да, они были ещё в лаптях, одетые кое-как. Шли из далёких изб, юрт и даже землянок. Но они шли уже дорогой социального прогресса, в светлое будущее коммунизма — порталом в которое (использую голливудский модный образ) и оказался Мавзолей Ленина. Образ натянутый, но уж какой есть: именно с Лениным, дорогой Ленина, с большевиками, с социализмом, с сельскими коммунами (колхозов ещё не было), с сельхозтехникой люберецкого завода МакКормика, которая поехала при Ильиче аж в Сибирь (которая и спасала всю РСФСР в неурожайные годы хлебом) — этот упрямый народ прорвался к индустриализации, детским садам (вот они уже были, первые открылись в 1918-м году), центральному отоплению, ГОЭЛРО, в космос, наконец… Они вырвались в открытый космос из говры, все эти миллионы — и стали стремительно расти, развиваться. Социализм распеленал, освободил их. Мавзолей Ленина потому и остался поныне колыбелью всего прорессивного человечества, а те господа, что не поняли всей глубины и патетичности этого образа — ошибаются в главном.

Либерал — он же как дитя. Хочет свобод, но не знает, какой сложнейший социальный механизм обеспечивает эти свободы (что за его свободы и права кто-то платит несвободой, бесправием и тяжелейшим трудом — пролетариат экс-советских республик). Хочет демократии либерал, но не понимает, что диктатура буржуазии это антипод демократии, а вот социализм это она и есть, демократия, то есть диктатура пролетариата. Хочет электричества либерал, девайсами чтобы пользоваться, на айпэде стримиться, но рвёт социалистическую пуповину: кроет матом Ленина и ГОЭЛРО, приравнивая Ленина к Гитлеру. О чём тут можно серьёзно говорить? Они из советских детсадиков вернулись в говру. Добровольно, по убеждениям. Потому что капитализм честнее, достоинство туда зовёт: современный либерал это престарелое дитя с айфоном в руках, но лежащее в говре…

И там, где заводы и власть оказались в руках буржуев — в той же Воркуте, в этом фетише всех страдальцев по «от Сталина умученным в Гулаге», обязательно на смену социализму и его новому быту придёт говра, этот приговор человечеству с рождения. Диктатура крупной буржуазии (силовигархии) завела всю страну вот в эту говру — но всё ещё пытается прикрывать этот вспятный, гибельный путь либеральной риторикой о «рывке», рынке, инновациях, диверсификациях (строя одни лишь трубопроводы вроде «Силы Сибири» — чтоб давать силы иностранным индустриям). Но на одном полюсе этих инноваций, не утверждающих, подрывющих социальное равенство — «Сколково», а на другом воркутинская говра. Лишённое с разгоном колхозов и совхозов (1995) работы по месту жительства население СССР, включая и азиатские республики расползлось по всей стране в поисках любой работы. Страдают не только эти поколения, которым «посчастливилось» родиться при Горбачёве и в девяностых — страдают уже их дети.

Воркутинская говра — приговор капитализму, который стал лишь первой ступенью вниз на пути социального регресса. И пока олигархат и силовигархия, заполучившие в свои руки всю социалистическую промышленность — приватизировавшие и значительно проредившие её, — пока эти господа распоряжаются целыми заводами и инвестируют, как Лисин и Чемезов в индийскую индустрию, фабричные говры будут пользоваться спросом, а гастарбайтеры будут мыкаться по ещё оставшимся, кормящим производствам, а потом по «стройкам капитализма», где можно в виду грядущих прибылей застройщиков добыть скудную трудовую копейку.

Что потом на этой увлекательной лестнице социального регресса, спросите вы? 

Феодализм, вы же читали учебники истории в школах «ацкого совка»? Но теперь там, в десоветизированных учебниках больше пишут о Воркуте как точке на карте Гулага — который на самом деле был важнейшим звеном в запущенном Октябрём механизме социального прогресса, индустриализации и перековки тех, кто и тогда, в 1930-х тащил в капитализм, в прошлое советский народ — вредительством, заговорами, контрреволюцией. Она, в итоге, и победила в 1991-м — так не поддавайтесь же сегодня на агитацию либеральных «онижедетей», потому что приговор этой, альтернативной советской, «цивилизации» — вот, выше, в воркутинском снегу, и хорошо ещё что на помойке!

Значит, хоть и в буржуйских руках, но всё тот же «проклятый сталинизм» в виде уцелевших заводов дал работу трудовым кочевникам, а возможно и место в детсаду дал, ребёнок из этой люльки переселился в нормальную кроватку. Но надо добиться того, чтобы не одно это изделие неофеодализма, а весь путинизм и капитализм, завладевший Россией, был выброшен на помойку Истории.

Дмитрий Чёрный, гражданин СССР

Предыдущая запись Вологодский лосось лишит норвежцев последнего шанса вернуться на рынок РФ
Следующая запись Молчание ягнят. Заслуженных

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *